Должностное лицо, подписавшее приемку неисправного оборудования с заведомо недостоверными сведениями о его качестве, действует умышленно, и суды не вправе переквалифицировать содеянное на халатность, следует из изученного РАПСИ определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда (ВС) РФ.

Обстоятельства дела

В конце марта 2020 года в период пандемии COVID-19 в республиканский центр инфекционных болезней в Дагестане в рамках госконтракта поставили восемь аппаратов искусственной вентиляции легких (ИВЛ). Главный врач центра поручила заведующему отделением реанимации осмотреть оборудование, и тот доложил, что аппараты недоукомплектованы и имеют следы эксплуатации.

По показаниям главврача, ей позвонил замминистра здравоохранения Дагестана, которому она сообщила о недостатках техники, но чиновник заверил ее, что недостающие части в ближайшие дни поступят, а оборудование подготовят к работе. 

Доверившись этим обещаниям, главный врач подписала акты приема и ввода аппаратов ИВЛ в эксплуатацию с заведомо ложными сведениями об их надлежащем качестве и комплектности.

На основании этих документов по контракту была произведена оплата в 24 миллиона рублей. Однако больница сами аппараты не использовала, более года они пролежали на складе, а затем были переданы в другие медучреждения. В том числе аппарат ИВЛ в нерабочем состоянии получил перинатальный центр Хасавюрта.

По выводам судов, действия осужденной причинили бюджету Минздрава Дагестана ущерб в 24 миллиона рублей и исключили возможность поставки укомплектованных и новых аппаратов ИВЛ в медучреждения республики в период распространения COVID-19.

Решения нижестоящих судов

Суд первой инстанции квалифицировал действия главврача как превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия, и приговорил ее к трем годам лишения свободы условно.

Верховный суд Дагестана изменил приговор, признав в действиях злоупотребление должностными полномочиями из личной заинтересованности, повлекшее тяжкие последствия. Наказание было ужесточено до 4 лет лишения свободы в колонии общего режима.

А кассационный суд общей юрисдикции счел, что фигурантка совершила халатность, и назначил ей один год исправительных работ с удержанием 10% заработка. По этой статье сроки давности к моменту рассмотрения дела истекли, и осужденную освободили от наказания.

Кассация сочла, что главврач действовала небрежно, но она подписала документы из доверия к вышестоящему руководству, к тому же в заключении контракта не участвовала и о планируемой поставке не знала.

Позиция ВС

Субъективная сторона халатности предполагает неосторожную форму вины, указывает ВС.

Между тем из показаний самой осужденной следует, что к моменту подписания актов она достоверно знала о неисправности и некомплектности аппаратов, выявленных при проверке по ее же указанию. Подписав при таких обстоятельствах документы, главный врач действовала с прямым умыслом, что исключает квалификацию содеянного как халатности, отмечает высшая инстанция.

Согласно определению ВС РФ, вывод о небрежности кассационный суд обосновал тем, что документы о приемке были подписаны до осмотра оборудования и выявления недостатков, однако это противоречит материалам дела. Не возвращать технику и не направлять в министерство акт о выявленных недостатках осужденная решила уже после звонка заместителя министра, уточняет высшая инстанция. 

Само по себе неучастие главврача в заключении государственного контракта и неосведомленность о планируемой поставке не свидетельствуют о неосторожной форме вины, обращает внимание ВС РФ.

В результате Судебная коллегия направила дело на новое рассмотрение в кассационную инстанцию. Дело № 20-УДП26-3-К5.