Подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления работникам аппаратов судов, в том числе бывшим, в случае их ареста должно обеспечиваться отдельное содержание под стражей, говорится в постановлении № 35-П/2025 Конституционного суда (КС) РФ.

Неполный перечень

Как следует из материалов дела, в феврале 2017 года в отношении Александра Эйвазова было возбуждено уголовное дело за воспрепятствование осуществлению правосудия с использованием служебного положения, поскольку он работал секретарем в Октябрьском районном суде Петербурга.

В конце концов он был оправдан, но в начале предварительного следствия суд заключил его под стражу в следственный изолятор, где содержался в общей камере. Полагая, что, как бывший работник суда, он должен был содержаться в камере, предназначенной для лиц, связанных с судебной системой и правоохранительной деятельностью, заявитель обратился в суд для взыскания компенсации за нарушение условий содержания под стражей. Однако суды отказали ему, указав, что в оспариваемой норме содержится перечень лиц, отдельно содержащихся под стражей, и он не предусматривает такого требования к содержанию в СИЗО бывших работников судов.

Тогда Эйвазов обратился в КС РФ с просьбой проверить конституционность статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Обоснованные опасения

КС РФ отметил, что в положениях, связанных с содержанием осужденных, используется такое широкое понятие, как «работники судов» и «работники правоохранительных органов», и для них предусмотрено отдельное содержание.

В оспариваемой норме, касающейся подозреваемых и обвиняемых, указаны конкретные профессиональные статусы и места несения службы, такие как лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения и так далее, но при этом не указан статус действующих и бывших сотрудников аппаратов судов или лиц, чьим местом работы являются или являлись органы судебной власти.

«Такое разграничение приводит к тому, что осужденные бывшие работники аппаратов судов отбывают наказание в отдельных исправительных учреждениях, а подозреваемые и обвиняемые с тем же профессиональным признаком содержатся в общих камерах», — объясняет пресс-служба КС РФ.

Как разъясняется в постановлении КС РФ, в период предварительного расследования и судебного следствия суд может принимать решения, например, об аресте подозреваемых или обвиняемых, что само по себе может приводить к возникновению у других содержащихся под стражей неприязни к судейским работникам, какие бы функции они не исполняли.

«С учетом этого вероятность проявления негативного отношения к работникам аппаратов судов в условиях содержания под стражей сравнима с таковой на стадии исполнения приговора и с той, которая возникала бы в отношении лиц, которым по профессиональному признаку предусмотрено отдельное содержание под стражей. Несмотря на вероятностный характер реализации соответствующей угрозы, само совместное содержание такого работника с иными подозреваемыми и обвиняемыми может вызвать у него обоснованные опасения», — говорится в постановлении КС РФ.

По мнению КС РФ, все это создает угрозу безопасности и неприкосновенности подозреваемых или обвиняемых работников аппаратов судов, в том числе бывших. В итоге КС РФ признал оспариваемую норму не соответствующей Конституции РФ и обязал законодателя внести в действующее правовое регулирование соответствующие изменения.

«До тех пор подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления работникам аппаратов судов, в том числе бывшим, должно обеспечиваться отдельное содержание под стражей», — сказано в постановлении.

Правоприменительные решения по делу заявителя подлежат пересмотру.